Портал «ТОП Тверь» продолжает проект «Добро пожаловать в Церковь», в котором читателям нашего сайта отвечает лично митрополит Тверской и Кашинский Амвросий.
Владыка Амвросий отвечает не только на самые простые вопросы о церковной жизни, о богослужении, но и на вопросы мировоззренческие, философские — всё, что интересует пытливого читателя. Вопросы разные, но принцип один — они исключительно искренние, часто задаваемые людьми, которые никогда не жили церковной жизнью, не знающие о Церкви ничего или очень мало.
Читатель спрашивает:
Почему мы называем себя рабами Бога? Мы и правда рабы или все же свободные личности?
Слово «раб» сегодня звучит очень тяжело. Для современного человека оно связано с унижением, насилием, лишением достоинства, с образами чернокожих рабов в Америке, их страданиями и несправедливостью, которая сопутствовала американскому рабовладельчеству. Поэтому вопрос вполне понятен: если Бог любит человека, если Он создал его свободным, почему же мы называем себя рабами Божиими?
Но в церковном языке слово «раб Божий» не означает раба в социальном, унизительном смысле. Бог не порабощает человека. Наоборот, Он освобождает его. Раб Божий это человек, который признаёт, что его жизнь принадлежит не страстям, не страхам, не деньгам, не чужому мнению, не собственной гордости, а Богу. Это не унижение, а выбор высшей принадлежности.
Человек всё равно кому-то или чему-то служит. Если он говорит: «Я никому не служу, я абсолютно свободен», чаще всего он просто не замечает, что служит своим желаниям, привычкам, обидам, тревогам, тщеславию. Можно быть внешне свободным и при этом находиться в страшном внутреннем рабстве: зависеть от похвалы, от удовольствий, от власти, от страха будущего. В этом смысле называться рабом Божиим значит отказаться быть рабом всего остального.
Христианская свобода не в том, чтобы делать всё, что хочется. Это, скорее, подростковое понимание свободы. Подлинная свобода это способность выбирать добро, даже когда хочется зла; говорить правду, когда выгодна ложь; любить, когда легче озлобиться; прощать, когда хочется мстить. Такая свобода рождается не от произвола, а от жизни с Богом.
При этом в Евангелии есть удивительное развитие. Христос говорит ученикам: «Я уже не называю вас рабами… но друзьями». А апостол Павел говорит, что мы уже не рабы, но сыны Божии. Значит, Церковь не сводит человека к рабскому состоянию. Мы одновременно называем себя рабами Божиими в смирении, сынами Божиими по благодати, и друзьями Христовыми по любви.
Почему же слово «раб» сохраняется? Потому что оно отрезвляет. Оно напоминает нам: я не сам себе бог. Я не центр мироздания. Я не могу распоряжаться жизнью так, будто она принадлежит только мне. Я получил её как дар и должен прожить её перед Богом, с ответственностью и благодарностью.
Самая высокая свобода в христианстве это свобода любви. Когда человек любит, он добровольно служит. Мать служит ребёнку не потому что она рабыня, а потому что любит. Муж служит жене, жена мужу, друг другу помогают друзья и в этом нет унижения. Наоборот, это и есть полнота человеческого достоинства. Так и рабство Богу это рабство любви, а не страха.
Поэтому мы и рабы, и свободные личности. Рабы потому что смиренно признаём власть Бога над своей жизнью. Свободные потому что Бог не ломает нашу волю, а исцеляет её. Он не делает человека винтиком, не стирает личность, не требует слепого подчинения. Он зовёт нас к такой свободе, в которой человек наконец становится самим собой.
Можно сказать совсем просто: раб Божий это не тот, кого Бог унизил, а тот, кого Бог освободил от ложных хозяев. И чем глубже человек служит Богу, тем меньше он раб страха, греха и смерти. А значит – тем свободнее он на самом деле.
